Показать скрытый текст >>>

— Генетические технологии невозможно удержать исключительно в рамках медицины. Они обладают огромным потенциалом и способны изменить все наше общество. Например, очень много говорят о генетическом отборе будущих элитных спортсменов. Это значит, что уже в раннем возрасте мы сможем предсказать, справится ли ребенок, допустим, с экстремальными нагрузками современного тенниса или ему лучше заниматься этим видом спорта на любительском уровне. Появилась возможность определить, кто перед нами — будущий спринтер или стайер. Для такого судьбоносного вывода необходимы всего капля крови или волос, вырванный с корнем.

— Какие именно гены отвечают за спортивную одаренность человека?

— Пока выявлено около двухсот генов, так или иначе влияющих на спортивные данные. Прежде всего это те, которые определяют, какие волокна преобладают в мышцах — медленные или быстрые, как по ним проходит нервный импульс, как реагируют на нагрузки сердце и кровеносные сосуды и т. д. По генному анализу можно дать, к примеру, такое заключение: этот человек хорош для спринтерского бега — у него будут стремительно расти мышцы, в том числе и сердечная. Еще одна группа спортивных генов определяет работу печени, а именно скорость и качество, с которыми этот орган перерабатывает продукты метаболизма. Если печень плохо справляется с последствиями нагрузки, то ясно, что такому человеку лучше держаться подальше от большого спорта. Есть гены, определяющие поведение. По ним можно условно определить «хищника» или «травоядного». К примеру, когда Марат Сафин в гневе разбивает ракетку, это проявление, возможно, очень полезной в спорте агрессии, помогающей ему побеждать. Важно и то, как человек выдерживает стресс. Прячется ли он, как улитка, и пытается «пересидеть» проблему? Или нацелен на будущее, ищет новизну в жизни, движется к своей цели, несмотря ни на что... Есть ген 5HТT, определяющий «чувство времени». Для обладателей короткого фрагмента этого гена любая проблема мгновенно приобретает вселенские масштабы и заслоняет все остальные. А длинный промотор этого гена делает людей аналитиками, пытающимися найти причину, оценить последствия того или иного действия. Оба варианта «чувства времени» нужны в спорте, но важно знать — в каком именно виде. Скорость реакции тоже определяется генетически. Есть гены, отсутствие которых звучит как приговор. К примеру, ген ACE присутствует почти у всех альпинистов. Он определяет работу нескольких систем нашего организма, и если его не будет, выдающимся альпинистом скорее всего вам не стать. И таких «приговаривающих» генов выявляется все больше. В частности, это касается видов спорта на выносливость: лыжных гонок, плавания, легкой атлетики.
— Выходит, лаборант в белом халате становится этаким «демиургом»?

— Да, роль эта перейдет от тренера к скромному лаборанту и прибору-биороботу, который станет производить генный анализ. Через несколько лет будет выявлено еще больше спортивных генов, специалисты смогут четче прослеживать их взаимодействие. Можно даже сказать, что набор генов станет «приговором» в том, что касается спортивных перспектив человека.

— То есть генный анализ уже стучится в двери?

— Конечно, это научное направление бурно развивается во всем мире. Но пока что остается нерешенным ряд этических проблем. Сегодня мы ищем одаренных от бога спортсменов, а завтра страховая компания начнет так отбирать клиентов — не предрасположенных к тяжелым заболеваниям. К примеру, почему бы не отбраковывать потенциальных диабетиков? Не секрет, что 5-6 генов могут обусловить проблемы с сердцем или вызвать другие заболевания, а значит, начнется охота за информацией такого рода. Учитывая все это, несколько лет назад англичане и американцы договорились, что генетический анализ не должен приниматься во внимание при заключении контрактов со страховыми компаниями. И в то же время в Нью-Йорке раввины уже спрашивают желающих заключить брак, прошли ли они тест на генетическую совместимость. А дальше — наверняка армейским начальникам захочется использовать данные генетического анализа в войсках. Начнут отбирать устойчивых к боли и стрессам. Потом станут определять и специализацию военного: кого посадить за штурвал истребителя, а кого направить в спецвойска. Затем начнут проверять таким образом пригодность операторов атомных станций, пилотов пассажирских самолетов, водителей автобусов и так далее практически до бесконечности. Ученые предупреждают: технических препятствий, чтобы развернуть такую селекцию в планетарных масштабах, нет. Тем более что генетический тест стоит сегодня не так уж и дорого — две тысячи долларов, при этом цена на эту услугу стремительно падает. Не исключено, что вскоре каждая крупная компания сможет ею воспользоваться при наборе персонала.

— Так чего больше — за или против?

— Сегодня ученые всерьез размышляют над тем, как уберечь частную жизнь от недобросовестного использования этой информации. Но, боюсь, генетическое тестирование постепенно обрастет ремесленниками, которые на основании 3-4 генов будут делать поспешные выводы. Например: «Перед вами не просто спортсмен, а прыгун с шестом». Звучит авторитетно, но как проверить. И все же польза такого тестирования очевидна. Если тренер знает генетический портрет ребенка, он может не форсировать подготовку и быть уверенным, что талант того раскроется позже. Это позволит индивидуально подгонять медицинские и тренировочные программы под каждого спортсмена. Мы три года занимаемся анализом спортсменов и лишний раз убеждаемся: те, кто добивается максимального результата, действительно предрасположены к нему генетически. Велосипед, триатлон, плавание, синхронное плавание, стрельба — это виды спорта, которые мы сейчас тестируем, потому что намерены усилить в них свои позиции. В перспективе охватим этой работой все олимпийские виды. Федерациям мы не навязываемся. Однако через несколько лет результаты нашей работы будут мощным орудием селекции.
— Папа будущей Маши Шараповой может сейчас обратиться к вам с просьбой просчитать, получится ли из его дочери звезда?

— Уже обращаются! Родители получают генетический профиль ребенка. Все наши выводы мы стараемся облекать в предельно корректную форму. Даже если уверены на 90 процентов, что ребенок вряд ли годится для спорта, все равно остается 10 процентов на то, что этому юному спортсмену повезет. Рекомендации даем предельно конкретные. Они-то и влияют на тренировочную программу, игровое амплуа, стратегию подготовки, вплоть до переустройства взаимоотношений в семье, если мама и папа всерьез готовы растить чемпиона.

— В каком возрасте оптимально тестировать ребенка?

— Чтобы определить способности ребенка к гимнастике, анализ лучше сделать в 3-4 года, к теннису — в 5-6, к легкой атлетике — в 8-9 лет.

— А вы не боитесь, что применение генного анализа поднимет волну протестов?

— Когда мы начнем в спорте заниматься сортировкой, немедленно пойдут иски от родителей. Нас затаскают по судам. А медика, огласившего данные анализа, обиженные его приговором заставят выплачивать крупную сумму в виде моральной компенсации. Хотя статистика показывает, что 70-80 процентов успеха в спорте определяется именно генами, но имеем ли мы право сказать родителям, что их ребенок не пригоден для спорта? А характер разве не влияет на результат? Правда, и он во многом определяется генами... Но в элитном спорте главное все-таки — это наследственность. Например, многие кенийские спортсмены имеют особую структуру фермента, который помогает им тратить энергии на 8 процентов меньше, чем другим бегунам. Перебираемся с восточного берега Африки на западный: там живут прирожденные спринтеры. Такими их создала природа, как будто специально предоставив все возможности для успеха в легкой атлетике.

— И белые бегуны вполне логично задумаются: а почему бы нам не усовершенствоваться путем генетического вмешательства? Ведь хочется конкурировать с теми же кенийцами на равных!

— Так мы вплотную подошли к теме генного допинга. Вмешательство может привести, к примеру, к неестественному росту мышечной массы. Или повышению выносливости организма за счет увеличения количества в крови красных телец. Если мы отключим ген миостатин, мышца будет постоянно расти даже без интенсивных тренировок. Лабораторные мышки с «отключенными» генами уже существуют, и эти технологии применимы к людям. Живет же в Берлине такой мальчик, у которого от природы отключен этот ген. В 5 лет он уже тягал 16-килограммовые гири. Чем не подсказка медикам: отключите миостатин и получите супертяжелоатлета. И потому генный допинг — серьезная опасность. Это сейчас не обремененные высоким интеллектом допингеры употребляют что попроще, а через несколько лет все резко изменится. И, как предсказывают некоторые ученые, на Олимпиаде 2012 года на беговых дорожках уже могут появиться генетически модифицированные атлеты.
— В трудах британского ученого Энди Миа можно прочитать много аргументов в защиту таких атлетов и генного допинга. «Если человек с помощью генной инженерии хочет »подправить« свой геном, что в этом плохого?» — вопрошает он. Одним дано стать элитным атлетом, другим нет.

— И потому Миа ратует за то, чтобы спортивные чиновники, врачи, философы и богословы собрались и выработали новую концепцию отношения к генному допингу. Дескать, современный спорт нуждается в битве гладиаторов, дополнительном внимании телевидения, новых спонсорах — и именно модифицированные спортсмены резко поднимут интерес ко всему действу. Миа утверждает, что исключение из соревнований трансгенных спортсменов — нарушение прав человека. Подобные доводы будут, разумеется, обсуждаться. А пока любые манипуляции на уровне генной терапии запрещены ВАДА (Всемирное антидопинговое агентство. — «Итоги»), хотя и не совсем понятно, как вычислять нарушителей. Правда, некоторые подходы уже есть. Самый перспективный — выявлять присутствие генного допинга по произведенному эффекту на гены. Если известно, как выглядит нормальный генетический профиль данного спортсмена, то можно оценить, не изменен ли он искусственным путем.

— К чему же, по-вашему, со временем приведет спорт генетическое тестирование?

— Через 5-10 лет результаты в целом возрастут, поскольку отбор будущих звезд окажется более тщательным. Но не будем забывать, что спорт — это не только чемпионы и рекорды, но и нечто большее: мощная технология сбережения людей, самый эффективный метод «ремонта» гиподинамичного человечества. И если, например, генетическая селекция приведет к сокращению общего количества занимающихся спортом, ее могут просто запретить, исходя из высших интересов демографии, национальной безопасности и т. д.

[ Для просмотра этого блока необходима регистрация ]